Образ и характеристика Марка Крысобоя в романе Мастер и Маргарита

Прозвище второстепенного героя Марка Крысобоя указывает на его сущность. Крысобоем называют крысу, которую специальным образом тренируют для того чтобы уничтожать других крыс и грызунов.

Методика заключается в размещении около десятка крыс в одной замкнутой емкости. После этого остается только одна крыса, которая победила остальных. Таким образом появляется свирепое и безжалостное существо.

Марк Крысобой руководит отдельной особой кентурией (военный отряд) и пребывает в подчинении Понтия Пилата. Он является олицетворением животной физической силы и принимает участие в истязаниях Иешуа.

Отличительной особенностью Крысобоя является его уродство, которое в том числе влияет на его жестокость. Люди с подобными внешними дефектами имеют злобу на весь остальной мир, они не обладают состраданием и кентурион Марк – яркое тому подтверждение. Он как бы полностью лишен чувств и представляет собой полную безжалостность и свирепую жестокость по отношению к другим.

Пилат понимает его натуру и умело манипулирует Крысобоем. Понимает эту натуру и Иешуа, но он не использует манипулятивных приемов по отношению к стражнику, хотя явно мог бы, ведь обладает даром провидения.

Фигура Крысобоя отличается практически полной отстраненностью от этого мира, то есть с одной стороны он обитает в мире настоящем: жестоком и несправедливом, таком где обитает и Пилат. В отличие от них Иешуа обитает в мире, условно говоря, грез, так как грезит об обществе, которому не требуется власть, о доброй воле каждого человека. При этом Марк как будто вообще не понимает происходящего и способен тупо выполнять любые приказы своего начальника-прокуратора.

Как видно в одной из сцен кентурион может забить Иешуа по приказу, хотя не имеет сам ничего негативного по отношению к этому человеку. По сути, Крысобой просто холоден к этому миру, он безвольный палач, который выполняет приказы и представляет собой ту негативную сторону мира, которая является далекой от сострадания Иешуа.

Благодаря такой фигуре Булгаков умело дополняет образ самого Иешуа, так как ставит его перед ситуацией трудного выбора и проверки собственной философской концепции перед лицом суровых обстоятельств.