Добро и зло в литературе – важнейшие понятия! Но отношения к ним меняется, то есть разное считается злом и добром.
Я так понимаю, что в древней литературе, которая произошла от мифов всяких, очень четко распределено, кто злой, а кто добрый. Вот у нас в былинах есть богатырь и какой-нибудь Соловей-разбойник, а в сказках – Иван-царевич и злой Кощей. Даже в древнем театре используют маски, то есть герой в злой маске никак добрым не станет. В древности был в истории герой, его противник – злодей. Это похоже на сказки, которые и сейчас читают детям. Всё понятно! За и против кого болеть…
Дальше литература, как и человеческое мышление, усложняется. Герой уже может стать злодеем и наоборот. То есть уже сдвигаются границы добра и зла. А в современной литературе, вообще, не поймешь! Злодеев всегда оправдывают. Даже если он страшный маньяк, то у него просто детство было тяжелым…
Конечно, ещё вопрос, кто побеждает – добрый или злой. Например, в древности побеждал, понятно, герой, а у Достоевского, например, сам герой не понимает – злой он или нет. Раскольников задается вопросами… При том, что он человек, в принципе, добрый, но он ведь осознанно совершает преступление! Те же Онегин, Печорин чувствуют себя чужими, начинают творить нехорошие поступки, хотя сами страдают. А вот их предшественник Чацкий больше хороший, зло перенесено в окружающее его общество. Но вот только Чацкий не борется с ним, а лишь немного пытается, а после сбегает… Это моё мнение!
Ещё интересно, что люди часто любят аферистов типа Бендера или даже Чичикова, хотя их нельзя назвать совсем добрыми. Любят за их ум, хитрость, юмор… Но талант писателя может сделать даже нечистую силу симпатичной. Например, у Гоголя! Хотя над ней, всё-таки, герои больше смеются. Вот Вакула из «Вечеров на хуторе близ Диканьки». У Чехова самое большое зло – это глупость человеческая, в том же рассказе «Злоумышленник».
Когда в литературу вмешивается идеология, то опять всё становится проще, как у Горького: есть хорошие революционеры, есть плохие капиталисты. Но идеология относится и к военной литературе. Есть чужие и свои, как у Твардовского «Василий Теркин».
Я больше по нашей школьной программе вспоминаю – по произведениям наших классиков. Могу сказать, что всё это соотношение очень меняется от целей. Говорят, самое важное – наши намерения, а уж как получится… Для других станешь ты героем?.. Лучше так!
2 вариант
Литература равно как всякое другое искусство осмысливает человеческий опыт. Через попытку осмыслить этот опыт также может возникать и попытка каким-либо образом направить дальнейшее поведение в рамках выбранного вектора. Зло, добро, а также полезное и не полезное, достойное и недостойное – все подобные противоположности относятся к категории морали и, по сути, являются предметом изучения философии.
Хотя философию иногда вообще не относят к точным областям знания, философский опыт является более точным и нередко более последовательным и глубоким по сравнению с литературным. Если вести речь о литературе как элементе сферы искусства, то литературное понимание зачастую обуславливается именно философскими концепциями и неким опытом самого литератора, писателя, который через призму собственного миропонимания и запас полученного опыта пытается передать некую концепцию.
На мой взгляд, в таком положении дел зачастую литература может наиболее эффективно работать не над предложением каких-то конкретных решений, но в роли побуждающего фактора, который позволяет поразмыслить над написанным. Даже, если писатель обладает определенным воззрением, он может косвенно приводить к неким выводам, даже в каком-то смысле настаивать на определенной концепции, но наиболее полезно, когда он оставляет пространств для раздумий, то есть направляет читателя, туда, где следует поразмыслить. Подобная дидактическая роль выглядит гораздо более целостной и целесообразной по сравнению с таким вариантом, когда литературные произведения откровенно навешивают ярлыки на различные феномены и точно разделяют категории морали.
Речь о добре и зле ведется в литературе довольно давно, но, нужно сказать, во многом именно распространение религии как общественного института, который обладает монополией на мораль, повлияло на проникновение моральных категорий в литературу. К примеру, если взять древнегреческий эпос, такой как Иллиада, Одиссея, то там отсутствует существенный упор на мораль как таковую. События описываются как добро или зло для кого-то, хотя существует понимание положительных и отрицательных качеств, которые герой может проявлять в этом мире.
Древнегреческая философия предлагает во многом в лице Сократа подробнее рассмотреть тему морали и оказывается данная область совсем не понятна большинству людей. Рациональное понимание морали приводит к удивительным выводам. Диалоги Платона, которые, безусловно, являются и частью мирового литературного наследия, свидетельствуют об этом.
После распространения христианства, а также ислама. Наблюдается распространение неких однозначных трактовок добра и зла на просторах написанных страниц. Источником таких трактовок является христианская мораль, которая преобразуется в различные формы, такие как например рыцарский роман.
Классика русской литературы в основном тоже опирается именно на религиозное понимание морали. Современная литература в этом смысле снова приходит к новой античности, где категории морали размыты и отсутствует однозначная истина. Литература постмодерна зачастую вообще не ставит таких глобальных вопросов перед собой.
Картинка к сочинению Проблема добра и зла в литературе
