Распространение слуха о сумасшедшем состоянии главного персонажа произведения возникает в третьем действии пьесы на званом балу в фамусовском доме из-за случайно оброненной фразы Софьи Фамусовой.
Слова героини, брошенные в сторону и тут же подхваченные одним из гостей, имеют в виду невыносимость для Софьи любовных чувств Чацкого, однако эмоциональное недоразумение девушки становится причиной быстро набирающей обороты сплетни о молодом человеке, непохожим на присутствующих членов общества с непонятным для окружающим поведением.
Автор талантливо демонстрирует стремительное распространение слуха о помешательстве Чацкого, которое захватывает в довольно короткое время всех присутствующих на балу, напоминая игру, называемую испорченным телефоном.
Быстрота подтверждения сплетни поражает своим охватом и широтой, начавшись с обычного перешептывания и закончившись громогласными рассуждениями и утверждениями, выражающимися в спорах присутствующих о том, кто изначально понимает сумасшествие Чацкого, при этом ни один из гостей не желает выглядеть перед другими в качестве неосведомленного, поэтому слух обрастает все новыми подробностями.
Гости, перенося из сплетню из одних уст в другие, наперебой утверждают о своих, якобы, давних предположениях о сумасшествии героя, пытаясь между собой установить причины данного заболевания Чацкого.
Совместное обсуждение делает вывод о влиянии учености на потерю рассудка главным героем.
Абсолютное принятие и вера в слух о сумасшествии Чацкого объясняется чуждыми для фамусовского общества прогрессивными взглядами молодого человека, которые для окружающих не только непонятны, но и нежеланны. Для типичных представителей общественности неприятны идеи Чацкого традиционных для них ценностей в виде карьеры, чинов, богатства, известности. Именно поэтому присутствующие легко соглашаются с мнением о помешательстве Чацкого, поскольку не сомневаются в его непредсказуемости и возможной опасности.
Будучи передовым, разумно мыслящим человеком, Чацкий оказывается в идейном одиночестве, натолкнувшись на всеобщее непонимание окружающего его общества.
Сплетни о сумасшествии
Сплетня о сумасшествии Чацкого и появилась, и почти молниеносно распространилась как месть ему за то, что он не такой, как все, а лучше, порядочней, умнее. И при этом он смел, ничего не боится, говорит то, что думает, без оглядки на самые почитаемые в фамусовском обществе авторитеты.
Из гостей дома Фамусова у каждого был мотив поддержать нелепый слух, который только на первый взгляд родился случайно, а на самом деле над головой героя с самого начала зрела гроза. Она разразилась самой язвительной и страшной ложью, с которой связаны представления о жёлтом доме и смирительной рубашке.
Вспомним у Пушкина откровенное признание: «Не дай мне бог сойти с ума! Нет, лучше посох и сума…» Пресечь злую ложь и вступиться за героя не захотел никто. Потому что самолюбие любого гостя на вечере было задето либо колким высказыванием Чацкого, либо тем, как независимо он держится и открыто смеётся.
Больше других заинтересованной в том, чтобы Чацкий был унижен и пострадал, оказалась виновница сочинённой небылицы – Софья. Та, единственно которую герой любит, осознанно нанесла ему коварный удар в спину. Автор достоверно передаёт житейскую ситуацию несовпадения выборов и устремлений героев друг к другу. Чацкий стремится к Софье, она – к Молчалину, Молчалин – к служанке Лизе…
Цепь несовпадений станет очевидной лишь в финале комедии. А до него Чацкому предстоит играть роль ослеплённого любовью и наказанного за своё неумение понять, что он третий лишний. Но вина его не в том, что он откровенно навязчив со своим чувством, а в том, что посмел высмеивать чувства других.
Его колкости градом сыплются в адрес Молчалина, угодничающего перед всеми. А между тем, это «герой романа» Софьи. Ей нравится в секретаре отца застенчивость, скромность, несмелость. Вот он очередной раз угодил Хлёстовой, похвалив её собачку, а Чацкий тут же высмеял Молчалина и сравнил его с плутом Загорецким.
«Не человек – змея!» – такое мнение сложила об Александре Алексеевиче дочь Фамусова. А когда в минуту гнева гость Г.N. спросил, каким она видит Чацкого после его возвращения из заграницы, в сердцах обронила роковую фразу: «Он не в своём уме». Софья могла тут же опровергнуть сказанное, но на уточняющий вопрос, заметны ли признаки болезни, подтвердила: «Мне кажется». Стрела мщения пущена.
Из уст в уста передаётся эта весть: Г.N. сообщил Г.D. Тот обратился за уточнением к Загорецкому, который наплёл с три короба, будто Чацкого уже посадили на цепь в сумасшедшем доме. Этот враль обрадовал новостью графиню-внучку. А у той свои счёты с «умником»: она не может простить Чацкому, что он сравнил её с французскими модистками.
Сплетню услышала Хлёстова и поделилась с Натальей Дмитриевной Горич, а она передала мужу Платону Михайловичу, который поверил, хоть и был приятелем Чацкого. Для него главным аргументом стало то, что все говорят в один голос – значит, так оно и есть.
Самым последним узнал Фамусов и авторитетно заявил, что первым догадался о нездоровье Чацкого, ведь у него и мать сходила с ума восемь раз. Хозяину дома на руку переполох: это удачный способ избавиться от вольнодумца.
Так фамусовское общество выжило чуждого ему незаурядного человека. Герой, правда, и не дорожил связью с ним. Ему горько только одно – предательство Софьи, которой он гневно говорит: «С вами я горжусь своим разрывом…» Но залечить эту душевную рану, наверное, будет непросто.
Картинка к сочинению Слух о сумасшествии Чацкого в комедии Горе от ума
