Поэт-пророк в творчестве Лермонтова

По Михаилу Юрьевичу Лермонтову, творчество, это не просто талант, это дар, преподнесенный Господом. И не каждому одаренному человеку удается ему соответствовать.

Образ лирического героя-поэта в произведениях Михаила Юрьевича, не похожи на образы поэтов остальных писателей. Лермонтов с тревогой и грустью пишет о поэтическом даре, боясь уронить его с пьедестала, куда вознес его народ.

В лермонтовском описании поэта нет восхищения своим даром Пушкина. Михаил Юрьевич представляет читателю поэта, как глубоко одинокого человека, с тяжелой судьбой.

В произведении «Поэт» основной идейной мыслью автор проносит забытый в стене кинжал. Это грустное напоминание о былой славе сейчас «покрыто ржавчиной презрения».

О стольких громких победах мог бы рассказать этот кинжал. О боевых заслугах, восхваляемых народом. Тогда у него была жизнь, которая кипела и бурлила водоворотом страстей.

Сейчас же он позабыт и покрыт ржавчиной и пылью, как часть интерьера, если выражаться тактично. По сути же, он просто ненужный хлам.

Так автор ассоциирует себя с этим кинжалом. Поэт забыт. Забыты его прошлые победы и признания общества. Он страдает т творческого кризиса, ненужности. Его больше не слышат. Да и не хотят.

Произведение «Пророк» Лермонтов написал уже в последний год своей жизни. Поэтический дар лирического героя становится невыносимой ношей для нищего скитальца, которым представляет Михаил Юрьевич своего героя.

Общество его не воспринимает. В него бросают камнями, называя сумасшедшим, выслушав проповеди нищего поэта, видящего насквозь все низменные пороки общества.

Некогда, гремевший на всю страну, талантливый, подающий надежды поэт, сейчас вынужден бежать в пустыню, прикрываясь нищенскими лохмотьями, от грязи пороков людей в пустыню. Он больше не может выносить свой дар, за который платит такую большую цену. Не может быть посмешищем для общественного мнения, даже осознавая всю его порочность и испорченность.

Образ поэта в творчестве Михаила Юрьевича, как противопоставление общественному мнению, толпе. Поэтому его поэт всегда одинок и грустен, не нужен этому заблудшему миру, которому и так хорошо живется в своих грехах, позволяя себе н отвечать ни за что. А всю вину можно свалить на одного изгоя, который думает никак все, говорит никак все и не может жить как все остальные, обманывая себя, предавая собственные идеалы и принципы.